И, поистине, возвращение многих последователей шиизма на Прямой Путь, Путь Истины, которое мы наблюдаем сегодня, ничуть не удивительно и не странно.
Причина его в том, что они узнали Истину и рассеялись перед их взорами тучи лжи. Ведь, поистине, правда – ясна, а ложь – крива….
Это повествование написано в форме исследования. Я сказал его своим языком, написал своей рукой, стремясь к Лику Аллаха и желая принести пользу моим братьям по вере, пока я жив, и до того, как завернут меня в мой саван.
Я родился в Кербеле и вырос в шиитском обществе под присмотром верующего и соблюдающего предписания религии отца.
Учился я в городской школе, и когда я превратился в юношу, отец послал меня в научно-образовательный Центр Неджефа, мать всех подобных центров в мире, чтобы я перенял знания от великих и известнейших ученых того времени, вроде имама сеййида Мухаммад Аль Аль-Хусейна Кяшифа-ль-гыта’.
Мы учились в Неджефе в высших образовательных медресе, и я мечтал о том дне, когда стану религиозным авторитетом, возьму на себя управление Центром, и буду служить моей религий и моей Умме, и возвышать мусульман…
Я желал видеть мусульман одной общиной и одним народом под предводительством одного имама. В то же время я мечтал увидеть, как дворцы государств неверия разрушаются перед этой исламской Уммой. В общем, у меня было много мечтаний, обычных для каждого ревностного мусульманина. И я вопрошал: что привело нас к этому унизительному положению – отсталости, разрозненности и разобщенности?
Задавался я и многими другими вопросами, которые приходили мне голову, как приходят они в голову каждому мусульманину, однако не находил на них ответа.
Всевышний Аллах облегчил мне получение образования и приобретение знаний, и за годы учебы мне попадались тексты, которые ставили меня в тупик, и вопросы, которые занимали мои мысли, и происходили события, которые приводили меня в растерянность… Однако я обвинял себя в плохом понимании и слабом постижении. Однажды я попытался обсудить подобный вопрос с одним из преподавателей центра[1]. Он был человеком умным и знал, как ответить на мои вопросы, он захотел покончить с ними в зачатке с помощью нескольких слов, и сказал мне:
- Что ты изучаешь в центре?
Я ответил:
- Мазхаб Ахлю-ль-бейт[2], конечно же.
Он спросил:
- Неужели ты сомневаешься в мазхабе Ахлю-ль-бейт?
Я ответил с горячностью:
- Да убережёт меня Аллах от этого!
Он сказал:
- Значит, отгони от себя эти тревоги, ведь ты последователь Ахлю-ль-бейт (мир им), а Ахлю-ль-бейт получили знания от Мухаммада, а Мухаммад получил знания от Всевышнего Аллаха.
Я помолчал немного, пока не успокоилась моя душа, затем сказал ему:
- Да вознаградит вас Аллах… Вы избавили меня от тревог.
После этого я вернулся к своей учёбе, и вернулись ко мне все эти вопросы… И чем дальше я продвигался в учёбе, тем больше становилось этих вопросов, проблем и взысканий.
Я закончил учебу с отличием и получил свидетельство о достижении степени иджтихада[3] от сеййида Мухаммада Аль Аль-Хусейна Кяшифу-ль-гыта’, руководителя центра. Тогда я начал серьёзно размышлять на эту тему. Мы изучаем мазхаб Ахлю-ль-бейт, однако в том, что мы изучаем, я обнаруживаю порицание Ахлю-ль-бейт. Мы изучаем вещи, связанные с Шариатом, чтобы с их помощью поклоняться Аллаху, однако тут же встречаем тексты, ясно свидетельствующие о неверии во Всевышнего Аллаха (куфр).
О, Господи! Что же мы учим? Разве может это быть мазхабом Ахлю-ль-бейт?!
Это становится причиной раздвоения личности человека: как он поклоняется Аллаху и при этом не верит в Него?
Как он может следовать по пути Посланника (да благословит его Аллах и приветствует), когда он порочит его?
Как он может следовать за Ахлю-ль-бейт, любить их и изучать их мазхаб, когда он бранит их и поносит?
О Аллах, пожалей меня и помилуй! Если не придет ко мне милость Твоя, буду я из заблудших, более того, из потерпевших убыток…
Я снова и снова спрашивал себя: как относятся все эти сеййиды, имамы и выдающиеся учёные к этому? Разве они не видят того, что вижу я? Разве они не изучали то же самое, что изучал я?
Конечно, изучали… Более того, многие из этих книг принадлежат их перу, и они писали их своей рукой. Это заставляло мое сердце обливаться кровью и добавляло ему боли и горечи.
Я нуждался в человеке, которому я мог бы пожаловаться, выплеснув наружу свою тревогу и печаль… В конце концов мне в голову пришла хорошая идея – провести масштабное исследование, пересмотрев все пройденные предметы. Я прочитал все признанные и даже не признанные источники, обнаруженные мною. Более того, я читал все книги, попадавшиеся мне под руку. Некоторые абзацы и части текста привлекали моё внимание, и я чувствовал, что мне следует прокомментировать их. И я стал переписывать эти тексты и приписывал к ним в качестве комментария то, что приходило мне на ум. Завершив прочтение признанных источников, я обнаружил кучи клочков бумаги и сохранил их в надежде, что придет день, когда они мне пригодятся.
Я сохранял хорошие отношения со всеми религиозными авторитетами и учеными, которых я встречал. И я общался с ними, чтобы достигнуть результата, который поможет мне, если я когда-нибудь приму нелегкое решение. И вот я узнал достаточно, и моя уверенность в необходимости принятия этого нелегкого решения стала непоколебимой. Однако я ждал подходящего случая. Я смотрел на моего друга сеййида Мусу аль-Мусави и видел в нем прекрасный пример – в его объявлении о том, что он отвергает искажение, проникшее в программу шиизма, и его настойчивых попытках исправить эту программу. Затем вышла книга сеййида Ахмада аль-Катиба «Эволюция шиитской мысли». Прочитав её, я понял, что наступила моя очередь произнести слово истины и открыть глаза моим обманутым братьям. Ведь мы, как ученые, ответственны за них перед Аллахом в Судный День, и мы обязаны открыть им истину, какой бы горькой она ни была.
Наверное, мой метод отличается от метода двух вышеуказанных сеййидов, аль-Мусави и аль-Катиба, в представлении плодов наших научных изысканий. Причина этого в том, к чему пришёл каждый из нас во время своих исследований.
Обстоятельства жизни двух упомянутых сеййидов также отличаются от моих, поскольку каждый из них в своё время покинул Ирак, поселился в одной из стран Запада и начал свою работу оттуда.
Что же касается меня, то я по-прежнему нахожусь в Ираке, все в том же Неджефе, и мои возможности намного скромнее, чем возможности упомянутых сеййидов. Потому что я, после долгих размышлений о пребывании здесь или отъезде, принял решение остаться здесь и трудиться, проявляя терпение и надеясь на награду Всевышнего Аллаха. Я уверен, что многие сеййиды чувствуют уколы совести из-за своего молчания и довольства тем, что они видят и что читают в авторитетнейших источниках, которые имеются у них в избытке. И я прошу Всевышнего Аллаха, чтобы эта книга подтолкнула их к тому, чтобы опомниться, оставить ложный путь и вступить на путь Истины. Ведь, поистине, жизнь коротка, и есть уже довод против них, и не может быть у них после этого оправдания.
Есть некоторые сеййиды, с которыми я поддерживаю отношения, – они вняли моему призыву, Хвала Аллаху. Они узнали истины, обнаруженные мною, и тоже стали призывать к этому других. И мы просим Аллаха, чтобы он даровал нам успех в донесении истины до людей и предостережении их от последствий ложных убеждений, поистине, Он – щедрейший из тех, кого просят.
Я знаю точно, что эта моя книга встретит неприязнь и ложные обвинения, и написанное в ней назовут ложью. Это меня нисколько не беспокоит, потому что все эти последствия я давно просчитал. Меня, конечно же, обвинят в том, что я работаю на Израиль или Америку, или в том, что я продал свою религию и совесть ради мирских благ. Это вполне вероятно и ничуть не странно, и нашего друга, выдающегося ученого, сеййида Мусу аль-Мусави, обвинили в подобном.
Вот сейид Али аль-Гарави сказал: «Король Саудовской Аравии Фахд ибн Абдуль-Азиз соблазнив доктора аль-Мусави, пообещавдать за него красивую женщину из рода аль-Сауда и улучшить его материальное состояние и положил на е го имя в один из американских банков приличную сумму – все это за то, что Мусави вступил в мазхаб «ваххабитов».
Если таков был удел доктора Аль-Мусави – ложь, клевета и дешевые слухи, то каким же будет мой удел, какие сплетни распустят обо мне? Возможно, они разыскивают меня, чтобы убить, как убили до меня тех, кто открыто говорил правду. Они убили сына нашего покойного господина великого аятоллы имама Абу-ль-Хасана аль-Асфахани, величайшего шиитского имама со времени большого исчезновения[4] и до сегодняшнего дня и бесспорного короля шиитских учёных, когда он пожелал исправить шиитскую программу и убрать из нее проникшие в нее искажение. Им это пришлось не по душе, и они зарезали его сына, как режут барана, чтобы отвратить этого имама от его плана по исправлению искажений в шиизме… Также убили они до него сеййида Ахмада аль-Кисрави, когда он объявил о том, что отрекается от этих искажений и захотел исправить шиитскую программу – они разрезали его на куски.
Было много других, завершивших свой жизненный путь подобным образом в результате своего отказа от этих ложных убеждений, которые проникли в шиизм. И не будет ничего странного, если они и мне готовят подобную участь.
Все это меня совершенно не волнует, и довольно мне того, что я говорю истину, даю советы моим братьям, напоминаю им и обращаю их взоры к действительности. И если бы я стремился к наслаждениям этого мира, то временный брак (мут’а) и хумс[5] обеспечили бы мне их. Многие пользуются этим так, что превратились в богатейших людей в стране, и некоторые из них разъезжают на машинах лучших марок и самых современных моделей. Однако я, Хвала Аллаху, отвернулся от всего этого с тех пор, как узнал правду, и теперь зарабатываю на пропитание себе и своей семьи благородным занятием – торговлей.
В этой книге я раскрыл определённые темы, чтобы перед всеми моими братьями предстала истина, и ни у кого из них на глазах не осталось завесы.
Я намерен составить и другие книги, на другие темы, что бы дать мусульманам ясное представление о своей религии, для того, что б не осталось ни у кого незнающего никакого оправдания или отговорки.
И я убежден, что эта книга будет хорошо встречена и принята теми, кто пребывает в поисках истины, а таких много, хвала Аллаху. Кто же предпочитает оставаться в заблуждении, чтобы не потерять занимаемый пост и не лишиться хумса и временного брака из тех, кто носит чалму и разъезжает на «Мерседесах», то нам с ними не о чем говорить. Аллах рассчитает их за то, что они совершили и совершают в День, когда не принесёт пользы имущество и сыновья, и спасен будет лишь тот, кто пришел к Аллаху с чистым сердцем.
Хвала Аллаху, который направил нас к этому, и мы не пришли бы к нему, если бы Он не направил нас.
СКАЧАТЬ ВСЮ КНИГУ
[1] Здесь и далее имеется в виду научный центр города Неджеф.
[2] Ахлю-ль-бейт – букв. «люди дома»; ‘Али ибн Абу Талиб, Фатыма и их потомки.
[3] Иджтихад – дословно «проявление усердия», «настойчивость», самостоятельное вынесение решений по вопросам мусульманского права, осуществляемое ученым, достигшим высшей ступени знаний в исламских науках. Муджтахид (ученый, обладающий правом делать иджтихад) должен обладать следующими качествами и навыками: знанием Священного Корана и Сунны; знанием вопросов, по которым имеется единодушное мнение ученых (иджма’); глубоким знанием арабского языка; знанием основ фикха и методов извлечения решения из текстов первоисточников; знанием отмененных аятов и хадисов (насих, мансух); он должен быть мусульманином, обладать здравым умом и рассудительностью. Прим. пер.
[4] Имеется в виду второе исчезновение двенадцатого имама, сына аль-Хасана аль-’Аскари, возвращения которого шииты ожидают до сих пор. Первое его исчезновение называется малым исчезновением. Прим. пер.
[5] Хумс – пятая часть доходов, особый налог, который шииты выплачивают высшим духовным лицам. См. главу «Хумс» с этой книге. Прим. пер.
www.badrcenter.org
